Интервью из Daily Star.

Немного о неловкостях на сцене и направлении следующего альбома.

Сейчас много говорят о рокерах Muse, о том, что их опять пригласили возглавить Oxegen, хотя они были его хедлайнерами всего два года назад. Но, стоит заметить, что эта группа значительно выросла с тех пор. Сегодня, с их последним альбомом The Resistance, они наступают на пятки U2 в борьбе за право называться лучшей живой группой мира. Тем не менее, в нашем интервью фронтмен Muse Мэтт Беллами говорит о статусе своей группы достаточно скромно: «Нам надо еще как минимум лет 10, чтобы приблизиться к уровню U2. Они были для нас ориентиром, особенно в плане постановки живых выступлений.»

В прошлом году Muse выступали на разогреве у Боно, и благодаря этому смогли пригласить гитариста U2 the Edge сыграть с ними на Гластонбери, который они возглавили в прошлом месяце. «Мы чувствовали себя очень неловко из-за того, что U2 пришлось снять выступление, нам было жаль публику, поэтому мы решили исполнить Where The Streets Have No Name. Но я не мог сыграть гитарную партию, и мы решили попросить об этом  the Edge.» Гитарист U2 не появился на субботнем выступлении группы на Oxegen, но в этом и не было никакой надобности – трио и так дало на фестивале блестящий концерт.

«Теперь мы считаем Ирландию своим вторым домом, - говорит Мэтт, - Крис со своей семьей живут в Дублине, и у меня есть много родственников в Северной Ирландии. Они все приедут на наш концерт. Мы будем выступать на фестивале, на Oxegen. Для стадионов у нас есть НЛО, вращающиеся платформы и прочая фигня такого рода, но мы не можем использовать все это на фестивальных концертах, так что, мы стараемся компенсировать это глупыми костюмами и непредсказуемыми сетлистами.»

Концерты Muse известны своей зрелищностью: сложным дизайном и масштабными видеоэффектами. Мы поинтересовались, бывало ли, что техника их подводила. «О да, мы определенно получили свою порцию ситуаций типа Spinal Tap. Например, когда мы выступаем в помещениях, у нас на сцене три платформы почти семиметровой высоты, и вначале мы находимся за занавесью, которая потом открывается. На нескольких первых концертах она застревала и оставалась на месте. А на одном шоу эта штора вообще упала мне на голову, и мне пришлось играть с этим огромным куском ткани, висящим на мне, я был похож на привидение. Но, мне кажется, нашим фанатам нравиться, когда мы ставим себя в неловкое положение.»

Когда речь заходит о том, в каком направлении они собираются двигаться дальше, в их следующем альбоме, Беллами начинает объяснять нам, в  чем разница между песнями типа Knights of Cydonia и более ранним материалом вроде Sunburn.  «Последнее время основным источником вдохновения были наши живые выступления, на которых мы играли музыку, рассчитанную на большую аудиторию. Местоимения «я» и «меня» заменились на «мы» и «нас». Но в прошлом году моя личная жизнь изменилась достаточно радикально, много чего произошло, так что есть очень большая вероятность того, что мы вернемся к немного более личным вещам – я чувствую, что это случиться. Я уже написал несколько песен, и они, кажется, получились более мягкими – не настолько сильно оркестрованными и более искренними. Другой вопрос, будет ли таким весь альбом.»

Перемены в личной жизни, если вам вдруг интересно, во многом связаны с его новой красоткой Кейт Хадсон. В последнее время в прессе много пишут о том, как у них все серьезно, как Мэтт знакомиться с ее мамой Голди Хоун и не отрицает возможность скорой свадьбы. Но, когда мы начинаем спрашивать Беллами об ошеломительной блондинке, он говорит, что все эти цитаты «абсолютная выдумка». Хотя и добавляет к этому, что все действительно идет хорошо.

mirasol©